Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Расцветали яблони как груши.
 
Нине Александровне Соболевой (Зубковой),
женщине, которую я люблю всю свою жизнь.


Раз пчела в теплый день весной,
Свой пчелиный покинув рой,
Полетела в цветущий сад,
Чтоб нектар собирать.

Французская народная песня
в переводе Ю.Ценина.

Как-то Эрни и Нинка Соболева сидели на своем любимом бревне на поляне костров и болтали.
- Смотри, какая здоровенная пчела!
- Это не пчела, это шмель! Он почти как пчела, только большой! И живет не в улье, а в норках под землей. И не стаями, а маленькими семьями!
- Смешной ты, Эрни! Стаями! У пчел это называется - рой!
- А ты откуда знаешь?
- У меня дядя живет в деревне, у него ульи с пчелами есть. Мы с мамой, когда к нему ездили, он мне все рассказывал! А ты откуда про шмелей знаешь?
- А меня мама водила на концерт. Там исполняли такую ужасно быструю музыку, называется "Полет шмеля". А потом мама мне картинку в книжке показала, как он выглядит, этот шмель! И тут, в лагере, я уже их несколько раз видел! А еще дядя Юхан научил меня их ловить, чтобы не кусались! Смотри, сейчас я его поймаю!
Эрни подкрался к кустику клевера - "кашки", на котором сидело пушистое насекомое, раздвинул руки, с ладошками, сложенными лодочкой, иииии.... оп! Шмель уже жужжал внутри рукотворной коробочки!
- Только я долго не удержу! Он щекотится!
- А я смогу? Дай мне, а?
- Ты подставь руки... Да не снизу, а сверху! Он же захочет вверх улететь! Ну, держи!
- Ой, ой, хи-хи-хи-хи, ужасно щекотно! Все! Выпускаю!
 
  
 
Шмель вырвался на свободу и загудел-зажужжал куда-то в сторону.
- Какая у него красивая спинка! Он как маленький тигр!
- Это не спинка, это брюшко!
- А вон кузнечик сидит, у него вот это тоже брюшко?
- Ага!
- Скажи, Эрни, а если оторвать брюшко у шмеля и пришить кузнечику, будет новый кузнечик?
- Будет дохлый кузнечик! И дохлый шмель!
- Ну, почемуууу? На войне же, когда солдатам руки-ноги отрывало, то врачи их пришивали! Я слышала, что даже иногда ошибались и перепутывали! А еще Мичурин делал всякие прививки, например, на ветку яблони - ветку груши! Правда, я так и не поняла, зачем! А еще я спрашивала нашу училку, можно ли также делать с человеком, а она сказала, что я - дурочка и ничего не поняла! А ты как считаешь?
- Нет, ты точно не дурочка!
- Я не про это! Я про то, почему нельзя одному человеку пришить что-нибудь от другого? Вот, например, можно к тебе пришить мою руку? А если мне будет нужно, ты отдашь мне свою руку? - и Нинка замолчала. Только ее черносмородиновые глаза смотрели как-то испуганно и настороженно. И, наверное, чисто интуитивно Эрни услышал в этом вопросе что-то очень большое, что-то напряженно-важное. Он посмотрел на свою подругу долгим пристальным взглядом и, не отводя глаз, медленно произнес:
- Правую отдам! Тогда мне разрешат все делать левой. А сейчас запрещают! Выходит, нам обоим будет удобно. - покраснел и добавил - Но это только тебе!
Нинка как-то вдруг качнулась в сторону Эрни, обхватила его голову руками, прижала к себе сильно-сильно, оттолкнула и побежала к лагерю, остановилась, оглянулась, на ее лице сияла такая счастливая улыбка, и скрылась за кустами.

© Magnum. 2004. (Estonia)
© Перевод со скандинавского Волли фон Пеннер. 2004 (Estonia)
 
Magnum - автор электронного журнала Проза.ru www.buran.ru UA-RU Переводчик - Uaportal.com Купи е-книгу